Питомник длинношерстных такс Alvheim
Меню сайта
Категории каталога
Кинология [12]Генетика и племенное разведение [7]Рассказы [1]
Главная » Статьи » Рассказы

ПОВЕЗЕТ ТОМУ, КТО ВЛЮБИТСЯ В ТАКСУ…

1999г

ПОВЕЗЕТ ТОМУ, КТО ВЛЮБИТСЯ В ТАКСУ…

Он был совсем юн, но так безрас­судно храбр и отчаян! Появившись в компании ог­ромных незнакомых собак, он не толь­ко не смутился, но даже решил, что именно он здесь самый главный и сильный пес. Он смело бросал вызов овчаркам и доберма­нам, а те, неловко переминаясь с ла­пы на лапу, смущенно отходили в сто­рону. С моей семилетней дочерью он расцеловался, как со старой знако­мой, с удовольствием поиграл с ней и, как истинный обольститель, дал по­нять, что он от нее просто без ума. Этот маленький сгусток энергии без устали бегал, прыгал, вертелся, кувыркался. Он ощущал себя центром Вселенной, как и всякая самодостаточная щенячья личность в возрасте четырех месяцев.

Когда мы вернулись домой, дочка сказала: «Мама, я не смогу жить без так­сы!» На что я категорично ответила: «Никогда!» Как и многие владельцы больших собак (у меня был дог), я не слишком-то жаловала всякую мелюзгу. А тут – не просто маленькая собачка, но еще и с такой комичной  несуразной внешностью. Не собака, а сплошное недоразумение. Дочь просила, уговаривала, настаивала, но я была непреклон­на. «Пройдет несколько дней и все забудется», — надеялась я. Но проходили дни, недели, счет уже пошел на месяцы, но лишь редкие дни проходили у нас без дискуссии на тему: заводить нам таксу или не заводить. Чтобы аргументиро­вать свой отказ, я решила хоть немно­го разузнать о породе. В те годы это было весьма непросто, и ин­формацию приходилось добывать по крупицам. Оказалось, что такса, несмотря на забавный вид, очень серьезная собака, не растерявшая своих охотни­чьих и боевых качеств. А значит, ма­ленькому ребенку доверить воспита­ние такой собаки никак нельзя. Выношу очередной приговор: «Вот подрастешь немного, станешь серьезным и ответственным человеком, тогда и купим тебе таксу». В общем, выговорила себе несколько лет от­срочки, а за это время мало ли что может произойти. Вдруг понравится дочери другая порода? А что - неплохая идея: если так уж хочется ребенку маленькую собачку, почему бы не подобрать породу, которая нравилась бы всем в семье? Альтернативный вариант выбран - великолепный шотландский джентльмен — скотч-терьер. Осталось уговорить дочку. И опять начались долгие беседы, чтение и перечитывание всевозможной кинологической литературы, аргументы «за» и аргументы «против». И самый главный и хитрый аргумент: таксу - может быть, когда-нибудь, через несколько лет, а скотча – хоть сейчас! Долго ли сможет  ребенок устоять перед таким соблазном?  Как ни странно – долго! Но соблазн все же слишком велик. Для детей несколько лет — величина, приблизительно равная бесконечности, а тут уже сейчас можно получить в подарок очаровательного черного мохнатика. Отрицание сменя­ется раздумьем; раздумье — почти со­гласием и, наконец, вздыхая и заявляя, что когда-нибудь мы все же ку­пим еще и таксу, дочка дает свое «доб­ро». Все. Почти двухлетняя война с собственным ребенком выиграна. Я победила!!!

                                    *          *         *

     «Любовь выскочила перед нами,  как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!»

М.Булгаков, «Мастер и Маргарита»

 

 

 

Почему мы кого-то любим, а кого-то нет? Почему люди вообще так лю­бят любить? И не только себе подоб­ных. Мы выбираем цветы, которые бу­дут нашими любимыми цветами, лю­бимого писателя, любимый фильм, любимый цвет, любимую чашку и т.д. У всех собачников обязательно есть любимые породы. Спросите у некото­рых из них: «Почему именно эту соба­ку вы завели?», - и вы услышите столько трогательных, забавных, а иногда и пе­чальных историй, в чем-то похожих одна на другую, и при этом неповтори­мых, как и всякая история любви.

    Я не знаю, почему почти два года такого пристального теоретического интереса к таксам не продвинули меня ни на йоту в  сторону положительных чувств. И почему од­ного лишь взгляда в глаза этой крохи было достаточно, чтобы я поняла, что не смогу жить без таксы. Да, это действительно было, как удар молнии, как удар финского ножа.

     И вот, решив окон­чательно и бес­поворотно обза­вестись скотч терьером, я везу домой…щенка длинношерстной таксы. Не буду даже пытаться описать восторг и радость дочки. Потом начинаются приятные хлопоты: мы оборудуем для щенка уютный домик, кормим, приду­мываем имя. И вдруг — непредвиден­ная проблема! Наша Ренника (в даль­нейшем просто Ники) начинает дро­жать от холода, как осиновый лист. Де­кабрь месяц, батареи еле-еле теплые, и в квартире холод, действительно, соба­чий. Из рукавчика детской кофты мас­терю для щенка свитер. Но Ники такая крошечная и даже в свитере ей самой не согреться. Что делать? Затягиваю потуже пояс на ха­лате и кладу ее к себе за пазуху. Все ре­же и реже вздрагивает малышка и, на­конец, окончательно согревшись, сладко засыпает. Вот так и жили мы целый месяц. И хоть скоро в квартире стало тепло, да и Ники росла и крепла не по дням, а по часам, но, поиграв и управившись со своими делами, она бежала ко мне, как детеныш кенгуру в сумку к своей маме. Я приспособилась делать все домашние дела, не вынимая ее из-за пазухи. Ночью она спала толь­ко со мной, положив голову на мое ле­вое плечо, и только на левое! И не дай Бог мне во сне перевернуться на пра­вый бок — Ники тут же начинала громко скулить и царапать меня лап­кой, пытаясь повернуть на «правиль­ную» сторону. Какое-то время я недо­умевала: что за непонятный деспо­тизм? Пока меня не осенило —она должна во сне слышать стук моего сердца! И лишь через полгода, с на­ступлением теплых дней, когда спать в обнимку стало слишком жарко, Ники решилась разорвать эту «сердечную» связь.

Но ощущение того, что нас соеди­няет нечто большее, чем любовь, оста­лось у меня навсегда. Потом, несколь­ко лет спустя, когда я буду лежать с бо­лью в сердце и сильной аритмией, Ни­ки заберется мне на грудь и прижмется своим сердечком к моему. И боль вдруг уйдет, и сердце мое забьется в унисон с таксиным, ритмично и четко, как часы.

                                          * * *

Осень. Опавшие листья ковром ле­жат на земле. Ники идет очень медлен­но и осторожно. Кажется, что это ма­ленький кораблик плывет по золотому морю. Вот опять, как это часто бывает в последние дни, стоило взглянуть на ее походку — и непослушная слеза по­текла по щеке. Не знаю, есть ли на све­те зрелище более трогательное, чем беременная такса. Большой живот при коротеньких лапках (еще чуть-чуть и будет доставать до земли) делает ее очаровательно неуклюжей. Преодолев отчаянным усилием десяток метров, Ники подходит ко мне. Во взгляде просьба: «Возьми меня на ручки! Я устала». Ну что ж, на ручки, так на ручки. Она устраивается поудобнее и удовлетворенно хрюкает, что на ее языке означает: «Спасибо». – «Пожалуйста», - отвечаю я. Опять похрюкивание – это она уже говорит: «Я люблю тебя!» - и тянет мордашку для поцелуя. «Я тебя тоже люблю!» - отвечаю я, целую ее, и мы возвращаемся домой.

Накануне родов мне снится странный сон, будто Ники вместо щенка родила кулечек с ягодами ежевики. Утром, подумав, решаю, что одну из девочек назову Ежевикой.

И вот все волнения позади – счастливая и гордая мамочка с четырьмя очаровательными малышами расположилась в загородочке. В помете всего одна девочка, а значит ей и носить такое необычное имя. По закону логики – именно она должна была стать любимицей, но кобельки, как это обычно бывает, и крупнее, и мордастее, и вроде симпатичнее. К тому же эта двухнедельная кроха, только открывшая глаза, проявляет явное неудовольствие, когда ее берут на руки. К месяцу неудовольствие перерастает в нетерпимость. Берешь на руки – выкручивается, как гусеничка, пытаясь вырваться; поцелуешь в мордашку – со злобным рычанием впивается своими острыми зубками прямо в лицо. Я была просто в растерянности, впервые столкнувшись с тем, что щенок не любит свою хозяйку. Неужели эта малявка могла почувствовать, что нравится меньше своих братьев?! А братцы действительно были расчудесные! Эти суровые парни таяли, как масло на горячей сковородке, стоило лишь их приласкать. Настоящие Дон Жуаны и Казановы, воплощение любви и нежности… За что и были постоянно биты своей сердитой сестренкой. Они очень быстро нашли своих хозяев и в полтора месяца наша Ежевика оказалась в гордом одиночестве. Ну, уж теперь все внимание и любовь будут принадлежать только ей – неужто не дрогнет? Не дрогнула! Заниматься дрессировкой – пожалуйста! В считанные дни усвоила курс ОКД, занятия доставляли ей огромное удовольствие, а апортировка стала ее любимой игрой. Но нежности – это уж нет, увольте! Прошел еще месяц – хозяин для Ежевики все никак не находился. А она с каждым днем оттачивала свое искусство проказничать и шалить. Этот щенок стал самым настоящим бедствием в квартире. Причем, в отличие от нормальных щенков, пакостила прямо у меня на глазах, не считая нужным дождаться, когда ее оставят без присмотра. На окрики и встряхивания за холку не реагировала вообще, на шлепки газетой отвечала рычанием и лаем, набрасывалась на меня и кусала за ноги. Однажды, наблюдая за очередным моим провалом на воспитательной ниве, муж изрек: «Эту собаку покупатели вернут нам назад через три дня». И ведь, правда, кто захочет терпеть такую вредину в доме? Несколько дней не дают мне покоя мысли о незавидной участи моей девочки, воображение рисует всевозможные страшные картины жестокого обращения с ней. И я принимаю безумное решение (в доме, кроме взрослой таксы, старая больная догиня) – оставить! Сообщаю об этом мужу и, понимая, сколько забот и хлопот прибавится, делаю отсрочку до принятия окончательного решения на две недели. Как раз Ежевике исполнится три месяца, и если все-таки не найдется надежный человек, которому можно было бы доверить это очаровательное чудовище, то оставляем себе.

Неужели она могла понять наш разговор?! Невероятно, но за эти две недели ни одного неблаговидного поступка! Но самое главное – она меня любит!!! В этом маленьком гордом сердечке, оказывается, бушевал настоящий океан страстей,  и весь этот океан внезапно обрушился на меня. Обняв лапками за шею и нежно лизнув меня в нос, Ежевика долгим и внимательным взглядом смотрит мне в глаза: «Не отдашь меня?» - «Ни за что!» - отвечаю я и, счастливо вздрогнув, она еще крепче обнимает меня и кладет голову на плечо. Просто она так хотела быть НАШЕЙ собакой.

Конечно же, Ежевика не стала паинькой, это был все такой же шаловливый и озорной щенок. Но теперь она верила в то, что ее любят, и отвечала нам тем же.

«Повезет тому, кто влюбится в такс»,- написано в атласе пород собак. Мне повезло вдвойне.


 

Категория: Рассказы | Добавил: alvheim (13.10.2007)
Просмотров: 1456

Поиск
Друзья сайта

Copyright MyCorp © 2021
Сделать бесплатный сайт с uCoz